Файнгольд-младший отделался двумя годами условно за смерть байкерши

Суд приговорил сына депутата Симферопольского городского совета Иосифа Файнгольда Виталия, который был участником дорожной аварии со смертельным исходом, к двум годам заключения условно.

Суд лишил его права управления транспортными средствами на 3 года, а также отказал отцу погибшей мотоциклистки Александру Гоппе в возмещении морального ущерба на сумму 500 тыс. грн. А. Гоппе заявил, что неудовлетворен решением суда и намерен обжаловать его.

Суд также снял арест с транспортных средств, которые участвовали в аварии. Разбитый мотоцикл погибшей Анны Мишуткиной будет возвращен А. Гоппе, а автомобиль «Бентли» — В. Файнгольду.

Как сообщало агентство е-Крым, ранее государственное обвинение смягчило требование и вместо 6 лет лишения свободы для В. Файнгольда потребовало 3 года с лишением права управления транспортным средством на соответствующий срок. Адвокат подсудимого предложил назначить В. Файнгольду испытательный срок в 2 года с лишением права вождения на соответствующий срок.

16 сентября прошлого года в Симферополе в результате столкновения мотоцикла «Сузуки» с автомобилем «Бентли» погибла на месте 25-летняя водитель мотоцикла Анна Мишуткина. У погибшей мотоциклистки осталась пятилетняя дочь.

По сообщениям СМИ, автомобилем «Бентли» управлял сын депутата городского совета Симферополя Иосифа Файнгольда Виталий. По оценке очевидца события — подруги погибшей — автомобиль «Бентли» ехал со скоростью около 200 км/час. В результате столкновения с автомобилем мотоцикл «Сузуки» разлетелся на части, а Бентли» продолжил движение и врезался в два других автомобиля — «ДЭУ» и «Джели», водители которых попали в больницу с травмами.

В ходе расследования дорожно-транспортного происшествия экспертиза установила, что в действиях сына депутата, который управлял автомобилем «Бентли», был ряд нарушений правил дорожного движения, а скорость автомобиля в момент аварии составляла 171 км в час.

23 июля в Железнодорожном суде Симферополя прошло судебное заседание по делу Виталия Файнгольда, в ходе которого он признал свою вину. В гражданском иске о возмещении морального ущерба отец потерпевшей Александр Гоппе затребовал 500 тыс. грн., В. Файнгольд согласился возместить только 50 тыс. грн., и позже передал потерпевшему соответствующую сумму.

25 сентября государственное обвинение в суде попросило для обвиняемого наказание в виде лишения свободы сроком на 6 лет и права управления автомобилем на 3 года.

В. Файнгольд возместил моральный ущерб в размере 500 тыс. грн. дочери погибшей мотоциклистки Анны Мишуткиной, которую суд признал потерпевшей по делу. В то же время отцу погибшей мотоциклистки Александру Гоппе за время процесса сын депутата возместил лишь 125 тыс. грн. из запрошенных 500 тыс. грн.

на фото: Виталий Файнгольд

фото: е-Крым

5 ноября 2009 года все мы стали свидетелями нового, невиданного ранее надругательства над самой сутью справедливого правосудия в России.
В этот день в Басманном суде должно было состояться слушание по вопросу о санкции на арест двоих обвиняемых в громком преступлении - убийстве адвоката Станислава Маркелова и Анастасии Бабуровой, произошедшем 19 января 2009 года. Однако вместо обычного суда произошло нечто поразительное. Неизвестные вооруженные люди в штатском втащили в зал двух человек, мужчину и женщину, в надетых на головы черных мешках – даже без прорезей для глаз.
Судье, а также другим участникам процесса, журналистам и всему российскому обществу предложено было просто поверить, что эти неизвестные с закрытыми лицами и есть Никита Тихонов и Евгения Хасис, обвиняемые в двойном убийстве, чья виновность якобы подтверждена чистосердечным признанием Тихонова.
Согласно заявлению «государственного защитника» Тихонова, лица обвиняемых были закрыты якобы по их собственной просьбе.
У всех, кто следит за расследованием этого громкого дела, это вызывает законные вопросы:
Почему прокуратура ходатайствовала о закрытом режиме рассмотрения дела - и почему суд решил это ходатайство удовлетворить?
Государственные обвинители ссылались на ст. 241 (ч. 2 п. 1) УПК РФ, согласно которой судебное разбирательство объявляется закрытым, если рассмотрение уголовного дела может привести к разглашению охраняемой законом тайны. Вероятно, тайной здесь является сам вид подсудимых?
Почему Евгении Хасис, несмотря на гласно озвученное в суде требование подсудимой, было отказано в законной помощи её личного адвоката, а навязаны услуги «государственного защитника»?
Что скрывали мешки на головах подсудимых? Быть может, следы пыток, или применения препаратов, используемых для допросов?
Увы, всем известно, что в российской правоохранительной системе пытки подследственных с целью выбивания из них чистосердечных признаний - явление, ставшее обыденным. По свидетельству людей, прошедших через российскую судебную систему, если подозреваемого приводят с мешком на голове, значит, у него выбивали признательные показания. Если мешок пришлось развернуть так, что не видно глаз, - значит, били сильно, и глаза заплыли. Если он в казенной одежде - значит, своя вся в крови.
Как судья опознала подсудимых? Как общественность может достоверно убедиться в том, что перед судом действительно предстали Никита Тихонов и Евгения Хасис? Кто на самом деле сидел 5 ноября на скамье подсудимых: Тихонов и Хасис - или какие-то подставные лица, играющие их роль?
И наконец: если это не они - то где сейчас Тихонов и Хасис, что с ними происходит, живы ли они вообще? Не случится ли так, что вскоре после громкого рапорта о раскрытии преступления на основе «чистосердечного признания Тихонова» они умрут в тюрьме «от невыясненных причин» - и на том расследование закончится?
Появление в качестве подсудимых «людей в масках» открывает для российского суда, и без того далекого от беспристрастности и неподкупности, новую эру. Мы перешли на новый виток беззакония. Если это войдёт в систему, то потенциальной жертвой судебного произвола станет любой гражданин России: никто из нас не застрахован от того, что какой-то человек в маске явится в суд и под нашей фамилией, от нашего имени «признается» там во всех грехах.
Это издевательство над здравым смыслом и идеей справедливого и гласного суда происходит прилюдно и демонстративно, с трансляцией по центральным каналам Российского телевидения. Создается ощущение, что мы живем не в России, а на Гаити времен "тонтон-макутов".
Это не просто злоупотребления внутри следственно-судебной системы - это открытый вызов обществу.
Отметим, что практика «мешкования» (hooding), т.е. закрывания лиц задержанных, была признана противоречащей Европейской Конвенцией о защите прав человека, которую ратифицировала и Россия.
Основываясь на этой Конвенции ,18.01.1978 года Европейский суд по правам человека по жалобе №5310/71 дело «Ирландия против Великобритании» вынес решение, в соответствии с которым использование ряда «техник», в том числе покрывание головы задержанного мешком (hooding) было признано бесчеловечной и унижающей человеческое достоинство практикой, нарушающей статью 3 Европейской конвенции о защите прав человека.

Мы не знаем и не можем знать, виновны ли Тихонов и Хасис в преступлении, которое им вменяют. Но мы знаем и твёрдо убеждены, что виновность или невиновность кого бы то ни было может быть установлена только справедливым гласным судом. Наша позиция основывается на справедливости и уважении к закону.
Мы твердо убеждены в том, что суд в России должен быть гласным. У общественности не должно быть никаких сомнений в личности людей, оказавшихся на скамье подсудимых в зале суда. Только открытый для общественности судебный процесс дает гарантии против применения пыток, бесчеловечного и унижающего достоинство обращения - этой позорной практики российской судебной системы.
Необходимо остановить позорную практику «мешкования», уже тридцать лет как осужденную Европейским судом по правам человека и порочащую саму идею справедливого правосудия.
Пыткам, ставшим системным явлением в российском следствии, - не место в современном обществе.
Ввиду особой общественной важности дела Тихонова-Хасис и уже известных нам нарушений в ходе следствия и судебных процедур мы требуем:

• Проверки законности действий правоохранительных органов и суда;


• Немедленного медицинского освидетельствования подсудимых независимыми медиками и проверки условий их содержания;


• Обнародования результатов этих проверок;


• Обеспечения законного права обвиняемой Евгении Хасис на выбор адвоката.


• Обеспечения законного права подсудимых на суд присяжных заседателей.


• Открытого и гласного судебного процесса под контролем гражданского общества России.

Мы призываем все здоровые силы российского общества поддержать эти требования.